Алиса переехала в просторную ленинградскую квартиру с высокими потолками. Переезд дался нелегко, но вид из окон на канал того стоил. Она уже начала расставлять книги по полкам, как вдруг заметила неладное с большим старинным зеркалом в прихожей.
Вместо собственного отражения Алиса увидела ту же самую прихожую, но обставленную иначе. На месте её коробок стояла стойка с наклейками от клубов, а на вешалке висела не её сиреневая куртка, а поношенная косуха. В отражении комнату пересекал парень — Иван, на ходу натягивающий футболку с названием какой-то группы. Он что-то бормотал себе под нос, собирая с пола разбросанные диски.
Алиса замерла. Зеркало показывало не её мир, а чью-то другую жизнь, разворачивающуюся в тех же стенах. Иван, казалось, совсем не замечал её. Он жил здесь, в этой параллельной версии квартиры, где вместо тишины стоял приглушённый гул музыки, а на столе лежали не её конспекты, а пустые банки из-под энергетиков.
Сначала Алиса думала, что это игра света или её усталость. Но на следующий день всё повторилось. Зеркало вновь показало Ивана — он спорил по телефону, смеялся, собирался на вечеринку. Его реальность существовала параллельно, в одном пространстве, но в другом измерении. И Алиса, и Иван жили в одной квартире, но никогда не пересекались — кроме как в этом странном зеркале, которое стало окном в чужую повседневность.
Она начала замечать детали. В её мире на подоконнике стоял фикус, подаренный мамой. В отражении — три кактуса в граффити-горшках. Её диван был серым и минималистичным, у Ивана — пёстрым и заваленным одеждой. Даже время суток, казалось, не совпадало: когда Алиса возвращалась с пар вечером, в зеркале было утро, и Иван только просыпался.
Это открытие её одновременно пугало и завораживало. Квартира была не просто её новым домом — она была мостом между двумя мирами, а зеркало — единственной точкой соприкосновения. Алиса даже не представляла, что будет дальше. Сможет ли Иван когда-нибудь её увидеть? И что случится, если эти реальности однажды пересекутся не только в стекле?
